МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

 

 

 

 

 

 


 


 


 

Loading

 

 

 

 

Великие Озера > Этнография >

Когда все звали меня Га-бэ-би-нэсс - «Вечно Летящая Птица»

Этнографическая биография Пола Питера Баффало (под редакцией Тима Руфса)

перевод Педченко С.В.

 

ГЛАВА 6. ВЕСЕННИЙ ПЕРЕЕЗД В КЛЕНОВУЮ РОЩУ

Моя мать, моя сестра Мэри и я к самому концу каждой зимы уезжали из Бены и присоединялись к семье моего отца для весеннего переезда в кленовую рощу, на нашу стоянку, где мы варили кленовый сахар. По-индейски мы называли кленовую рощу - ис-ки-га-ни-зи-ган, наше «место где кленовый сок превращают в сахар вывариваением».

С приходом весны почти все индейцы переезжали в кленовую рощу. Кто-нибудь, возможно разведчик, узнавал, где лучше всего растут клены, и большинство людей перебиралось в те места для приготовления сахара. Одни хотели идти туда, другие сюда, останавливаясь в разных местах кленового леса. Так индейцы расходились из своих зимних лагерей. После сезона изготовления сахара они снова переезжали.

Сезон приготовления сахара был моим любимым временем года. Он был любимым временем года для всех людей, и каждой зимой, к концу зимы, все ждали признаков его прихода.

Первая примета весны - это вороны, ан-дэг-ваг. Вороны, когда они прилетают, сигнализируют что приближается тепло. Вы слышите ворону или видите ворону и знаете, что это первый признак наступающего тепла. Поэтому они и возвращаются. Вороны не прилетают из Миннеаполиса или откуда либо еще без причины. Прежде они летели до Миннеаполиса, но сейчас они продвигаются еще дальше, я думаю, из-за глубокого снега. Вороны возвращаются рано, потому что хотят знать, как далеко они смогут добраться. Если погода теплая, перелетные птицы тоже прилетают довольно скоро, возможно, вслед за воронами прилетают утки. Когда реки вскрываются, возвращаются утки. Видите, они тоже кое-что знают о погоде. Это естественно.

В любом случае первый признак весны, который мы замечаем - это ворона, и когда мы видим ворону, мы думаем: «Ну, это верный знак. Но не стоит думать, что зима кончилась, потому что надвигается большой холод, который попытается выгнать ворон. Большой холод хочет проверить, сколько смогут продержаться вороны». Поэтому через десять дней после этого, обычно через десять дней, становится холодно. Вороны улетают и их не видно несколько дней.

Погода бывает разной. Индейцы наблюдают за животными и погодой и читают знаки луны. Они могут чувствовать, какая погода надвигается. Индейцы чувствуют это, особенно рожденные летом. Мы верим в знаки. Я говорил вам об этом раньше. И мы верим в знаки, которые указывают на то, что пора уезжать со стоянки. Поэтому, если мы чувствуем, что большой мороз может снова вернуться через 10 дней, мы ждем эти 10 дней, прежде чем свернуть зимний лагерь. Потом, через десять дней, погода меняется. Вы это замечаете. Если вы подождете 10 дней, вы обычно увидите, что холод возвращается после той первой хорошей погоды.

Однажды здесь на севере я видел ворону второго февраля, но тогда была мягкая зима. Обычно они прилетают около двадцатого марта. Если мы видим ворону двадцатого марта, в оставшиеся дни марта мы переезжаем в лагерь для сбора сахара.

Впервые увидев ворону, взрослые начинали готовиться к весне. Они готовились, обсуждая куда следует переезжать. Возможно, стоит вернуться назад в резервацию, или возможно, перехать в те места, где они прежде жили весной. Если в группе были люди, которые всегда вели сезонный образ жизни1 и которые собирались отправиться вместе с группой в кленовую рощу, эти люди, обычно старшее поколение, хотели идти в те места, куда они всегда отправлялись в этот сезон, и молодежь шла туда, где они разбивали лагерь.

Мы из года в год сохраняли утварь, необходимую для приготовления сахара. Мы складывали ее в определенном месте в нашей кленовой роще, в специальном доме из коры, который мы использовали только для хранения вещей, необходимых при изготовлении сахара, поэтому нам всегда было намного легче вернуться в то же место на следующий сезон. Мы обычно отправлялись в кленовую рощу, в которой мы уже были до этого, и поэтому нам не надо было делать заново все корзины для сбора сока. Почти каждый год мы возвращались в тот же самый лагерь, потому что там были наши вещи. Мы просто накрывали их чем-нибудь в специальном вигваме и оставляли. Взрослые чистили вигвам, чистили посуду, чистили корзины из березовой коры, прежде чем сложить их, потому что некоторые из них могли привлечь животных. И потом, иногда медведь мог прийти и поломать корзины, поэтому взрослые всегда делали несколько новых корзин и других вещей, прежде чем переехать в кленовый лес.

Зимой, ближе к весне, взростые начинали делать новые корзины. В это время, с приходом марта, нам не терпелось отправиться в наш кленовый лес. Март - это такой месяц, когда вы можете без проблем ходить на снегоступах где угодно. Поэтому мы зовем март - о-на-па-ни-ги-зисс, «месяц, когда ходят по поверхности снега, потому что он замерзает».

В это время легко передвигаться по снегу, поэтому обычно к середине марта некоторые из взрослых перетаскивали в кленовую рощу много наших вещей. Если вещей было слишком много, чтобы перевезти их за одну поездку, они решали: «Ну, сначала следует перевезти вещи, которыми мы пользуемся зимой». И они брали сначала самую тяжелую часть груза, вроде запасных кусков березовой и ясеневой коры для вигвамов, котлы, корзины и все необходимое для приготовления сахара. Новые корзины и другую утварь они везли на простых санках, обычно продвигаясь напрямик через лес.

У нас были санки из веток. Из веток, связанных вместе. Отправляясь в первый переход, люди клали вещи на ветки и уходили не тратя время на изготовление лучших санок. Они делали так, потому что они все равно бросали эти санки когда добирались до цели путешествия. Они наверное выбрасывали эти ветки. Они не собирались сохранять их, потому что это были просто ветки, связанные вместе. Но они сохраняли снегоступы и утварь для лагеря. Я видел это2.

Они перетаскивали самую тяжелую часть груза в кленовую рощу, пока лед был все еще крепким, но чтобы перевезти лагерь, мы ждали пока откроются реки. При мягкой и хорошей погоде реки вскрывались быстро. Некоторые люди после перевозки грузов оставались в кленовой роще и готовились к переезду лагеря, потому что все должно было быть готово к концу марта. Оставшиеся в кленовой роще начинали рубить и складывать дрова. Они чинили утварь, нобходимую для изготовления сахара и сиропа. Они начинали чинить старые березовые корзины.

Мы собирали сок в корзины, корзины из березовой коры. Они не протекали. Если они протекали мы замазывали их смолой. Оставшиеся в роще смолили старые корзины. Иногда, когда мы изготавляли, перевозили или хранили наши корзины, они ломались. Корзины обычно немного трескались, так что люди сортировали их, выясняя, какие из них могут держать воду, держать сок. Они откладывали поврежденные корзины в сторону, чтобы починить их, пока остальные перевозят зимний лагерь.

Чтобы починить корзины люди использовли смолу. Весной они растопляли смолу и замазывали ею березовые корзины. Они использовали пихту, но я думаю что ель лучше всего, и получали из нее смолу. У них всегда были дрова, много прекрасной ели, голубой ели. Они использовали би-ги-о, эти большие комки смолы на поверхности деревьев. А если на дереве не было этих комков, они вываривали смолу. Большой комок смолы или недолгое вываривание дают много смолы. Теплая смола - мягкая, а когда она высыхает, она твердеет. Вот что они использовали чтобы заклеивать березовые корзины. Иногда, если разломы были слишком большими, то наверх накладывали заплатку из другого куска коры и приклеивали ее смолой, и корзины становились как новые. У смолы не было вкуса. Когда она высыхала, поверхность была такой же прочной как и кора. Она крепко держалась. Индейцы использовали эту смолу, чтобы смолить все свои вещи, сделанные из коры. Они растопляли ее, намазывали и оставляли охлаждаться. Они кристализовали ее. Эта смола кристализовалась после охлаждения. Заделанные смолой корзины годились для сбора сока.

У них были сотни корзин, пятьсот или до тысячи корзин. Некоторые из них смолили до пятисот корзин. Этого было достаточно, чтобы использовать для сбора сока, и к тому времени, когда остальная группа прибывала в кленовую рощу, все уже было сделано. Они все планировали заранее.

Пока некоторые в кленовой роще готовили и чинили утварь, мы оставались в вигваме в зимнем лагере. Мы оставались в зимнем вигваме на неделю или десять дней после того, как впервые появлялись вороны. Потом, после нового наступления холода, и когда теплая погода приходила во второй раз, мы все перевозили в весенний лагерь.

Мы быстро готовили лагерь к переезду, потому что мы должны были быть в весеннем лагере, когда начнет идти сок. Если вы приедете туда немного позже, вы можете приехать слишком поздно. Иногда сезон приготовления сахара короткий, а иногда длинный. Все зависит от холодных ночей и количества влаги в почве. Поэтому, когда мы переезжали, мы быстро перевозили свое имущество в кленовую рощу. Когда приходила весна, все кто хотел переехать в кленовую рощу, перевозили свои лагеря в места, где растет клен.

В те дни мы покрывали наши вигвамы и типи листами из коры, которые были хорошим и прочным покрытием. Эти листы из коры были сделаны из березы, кедра 3 и ясеня. Вдоль рек росло много деревьев, особенно ясеня. Из ясеня выходит хорошее покрытие. Ясень хорош для крыши - он крепкий. Из ясеня выходят хорошие циновки. Из ясеня выходят хорошие шесты. Шесты для вигвама делались из ясеня, и на эти шесты мы укладывали кору. Люди старшего поколения заготавливали эту кору во время сокодвижения. Когда в деревьях шел сок, они подрубали кору по кругу сверху и снизу дерева, чтобы получить листы до шести футов длиной. Некоторые из них подрубали кору на четыре фута в длину - это зависело от того, что они хотели. Четырехфутовые листы было легче использовать. Много легче использовать четырехфутовые листы. Кора, которая короче в длину, более гибкая и лучше крепиться.

Они подрезали кору дерева вокруг вершины и основания будущего листа. Потом они рассекали кору между разрезами и сразу лезвием начинали отделять кору от дерева. Во время сокодвижения кора отделялась легко. О, знаете, дерево могло быть восемнадлать дюймов в диаметре. В те дни деревья были большими.

Когда мы перевозили наши сезонные лагеря, мы сворачивали эти листы коры и брали их с собой. У нас было достаточно листов для всех наших палаток и еще запасные хранились.

Когда приходило время переезжать, все что мы должны были сделать - это взять эти свертки коры и перенести их на новое место. Все и каждый брали по свертку, некоторые брали два-три свертка, или сколько они могли унести и несли их на спине на то место, где хотели разбить лагерь. Листы не были очень тяжелыми, но они были неудобными. Некоторые из этих листов были по шесть футов в длину, было довольно неудобно нести их через лес.

Я бывало слышал, как взрослые идут через лес к стоянке с этими свертками. Можно было часто увидеть трех или четырех из них, складывающих эти листы. Я видел как они складывали жти листы. Иногда группа переезжала на семь-восемь миль. Они переезжали в кленовую рощу, где ставили свои лагеря. Некоторые путешествовали на каное.

Одна из лодок семейной группы была большим каное. Мы называли его чи-виг-ва-си-джи-ман. Оно больше чем обычное каное, виг-ва-си-джи-ман. Это чи- делает предмет большим. У нас были большие каное. Знаете для чего были нужны большие каное? Чтобы перевозить лагерь, перевозить необходимые вещи для лагеря. Большими кание управляли мужчины. Обычные каное, семейные каное, были другого размера. Они были маленькие. Были каное всех сортов и размеров. Это не домыслы, я видел это.

Как бы индейцы ни добирались до кленового леса, когда они привозили туда большие листы коры, они раскручивали их и укладывали на раму из шестов ясеня, которую оставляли там из сезона в сезон, или которую к тому времени подготовили те люди, что пришли в кленовую рощу раньше.

 


 

1 Старшее поколение, которое всегда вело сезонный образ жизни, переезжая с места на место.

2 Это довольно обычно для оджибве определять сам ли ты видел это, или ты только слышал об этом, или это часть природной закономерности.

3 Пол использует слово cedar для обозначения этого дерева. В регионе растет несколько деревьев с этим названием: white cedar - туя, но иногда этим же словом (белый кедр) называют можжевельник обыкновенный и кипарисовик туевидный; и red cedar - виргинский можжевельник. [прим. переводчика]

 

«« назад

наверх

дальше »»