МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

Центральная Америка Андрея Уфимцева

 

Чиапас. Русский взгляд

 

Сообщения о делах в Юкатане от Армины

 

Странные заметки странного человека

 

Рассказы путешественников

 

 

Малые народы Мира. Научно-поплярный проект Андрея Матусовского

 

Южная Америка Андрея Шляхтинского

 

Рассказы путешественников

 

 

 

 

 

Loading

 

 

 

 

Путешествия > Чиапас. Русский взгляд >
Долгая дорога в Лакамху. По «золотому кольцу» сельвы >

Табаско

 

Табаско. Бананы

Бананы и равнина все не кончались, по обочинам дороги стройными рядами стояли подвязанные небольшие пальмочки, обвязанные синими пластиковыми мешками. Иногда банановые плантации были огорожены проволочным забором, а над воротами красовалась фамилия владельца.

Я очень мало знаю о штате Табаско - это большая равнина с тропическим климатом, где с мая по октябрь идут проливные дожди. На здешней почве охотно и обильно произрастают бананы, кокосовые пальмы и какао. Табаско традиционно считается более богатым штатом, чем Чиапас, особенно после нефтяного бума семидесятых годов прошлого века. История основания города Вильяэрмоса, прочитанная мною, не особо меня привлекла - основанная в 1518 году на морском берегу самим Кортесом испанская база, называемая Santa Maria de la Victoria, из-за частых пиратских набегов была впоследствии перенесена вглубь материка, и переименована в Villahermosa de San Juan Bautista. Мне было бы гораздо интереснее увидеть морской порт, который еще помнил испанских завоевателей, и где живой морской воздух будил бы во мне детские воспоминания. Я еще помню, как в детстве я мечтала быть юнгой, однажды ночью сбежала из дома, пытаясь добраться до побережья Черного моря, пела матросские песни, играла с соседними ребятишками в пиратов и изучала снасти парусного судна…

 

Кстати сказать, мое намерение посетить побережье Мексиканского залива исполнилось через три недели, и дороги привели меня в старинный портовый город Веракрус, - я увидела его набережные, исторический форт, и надышалась соленым морским воздухом. Именно там, в Веракрусе, я испытала то редкое и незабываемое чувство, когда вдруг сами собой исполняются все дремлющие годами желания, и как-то сразу осознается, что оказывается, больше ничего и не надо было по жизни…

 

Когда мы въехали в город Вильяэрмоса, была уже половина четвертого. Мы долго простояли в пробке в небольшом поселке недалеко от самого города, очень устали и еще не обедали. Расспрашивая на перекрестке полицейских, мы доехали до набережной реки Грихальвы (хоть что-то знакомое в этом городе), и здесь припарковались. Сама набережная - новенькая и чистая, где судя по большому строительству, скоро будет центр развлечений - произвела на меня самое благоприятное впечатление, да и сам город оказался вовсе не так уж плох и некрасив, как его рисовали путеводители. На другом берегу реки виднелись большие современные здания с зеркальными стенами, дороги и улицы были чистыми и очень похожими на другие мексиканские города. Мы решили пройтись по ближайшей торговой улице и купить что-нибудь поесть.

Здесь же, на набережной, от меня потребовали незамедлительно принять решение относительно нашего намерения посетить парк-музей Ла Вента. От этого зависел наш дальнейший маршрут, поэтому мое решение должно было быть скорым и правильным. Да, я согласилась ехать в Лакандонскую сельву через Вильяэрмосу, чтобы посмотреть остатки ольмекского города Ла Вента, и действительно хотела там побывать. С другой стороны, музей закрывается в пять часов вечера, а сейчас уже четыре, значит нам придется остаться здесь, в незнакомом городе, и заночевать в какой-нибудь гостинице, и отправиться в путь только завтрашним утром - от Вильяэрмосы до Ла Венты не менее ста тридцати километров пути. Это означало, что наш путь в Лакандонскую сельву откладывается как минимум на день, а значит, смещаются нами же назначенные приоритеты.

 

В процессе принятия решения остро ощущалось отсутствие Карлоса… Если бы Карлос был с нами, то Ла Вента оказалась бы гораздо ближе ста тридцати километров, я была в этом уверена.

 

Не особо долго думая, я предложила следующий план - отложить посещение Ла Венты на будущие времена, и не тратя попусту время на обед, рвануть обратно в знакомую глушь - в Чиапас, куда колеса понесут нас сами. Мой чиапанеко устал, и хотя я прекрасно знала, что для моего удовольствия он замучает кукарачу и доведет себя до изнеможения, я бы этого никогда не допустила. Я горько сожалела о том, что до сих пор не приобрела водительские права и не смогу облегчить ему путь - несмотря на добрую сотню часов вождения с инструктором, я по-прежнему затрудняюсь определить правую и левую сторону, а произошедшее пять лет назад по моей вине ДТП надолго меня обескуражило.

Мы прошлись по соседним улицам, где были раскинуты палатки с разным товаром, купили себе какие-то фрукты, вернулись на набережную, расспросили парковщика о том, как лучше выехать из города, заплатили ему и отправились в путь. Мы проехались по городу, по мосту через Грихальву, которая здесь, в Вильяэрмосе была не так полноводна и не так красива как в Чиапа де Корсо, и выехали на окраины города. Немного поплутав на развилке дорог, мы нашли правильное направление и поехали вон из города - нас ждал еще долгий путь, и уже смеркалось.

На этот раз наша дорога лежала на юго-восток - мы направлялись в Паленке. По этому отрезку шоссе было очень мало селений, вскоре упала кромешная тьма, и наша машина рассекала ее желтыми фарами, несясь на скорости в сто двадцать километров, благо движения по шоссе почти не было. К слову сказать, эта скорость не такая уж и большая, многие мексиканцы, имея более дорогие и современные машины, выезжают на отдых в другие города, пользуясь современными платными трассами, где допускается скорость до ста восьмидесяти километров в час. Мы продолжали обсуждать наше путешествие, жевали мандарины, и тихо радовались тому, что едем в родные и знакомые края.
Табаско. Долина

Когда на обочине дороги в темноте показался столб с большими буквами ЧИАПАС, мы переглянулись и без слов поняли друг друга - ну наконец-то дома, чтоб еще раз… да никогда… Тем не менее, мы праздновали победу - впервые мы выехали вместе за границы Чиапаса, и по крайней мере, хоть часть нашего амбициозного плана удалась. Правда, вслух уже не произносились никакие обещания, и само название Юкатана мы теперь как-то обходили стороной…

Конечно же, я не раз ездила и по другим штатам - но ведь меня всегда сопровождали Лусино и Монсе, наши дорогие друзья всегда были рядом и всегда ждали только моей свежей идеи - выехать туда, где они сами еще никогда не были, и вместе узнать новые места. Именно так и получилось с поездкой в Веракрус - когда я три недели спустя приехала в Пуэблу и гостила в доме у родственников Лусино, меня настойчиво приглашали проехаться до Оахаки, но я помнила о своем недавнем кратковременном и никчемном посещении Вильяэрмосы, и упиралась всеми четырьмя лапами - всякому проекту свое время - ну не готова я была ехать в Оахаку, ее время еще не пришло. Зато Веракрус манил меня неимоверно, и пошептавшись с друзьями, которые понимали мое желание ехать к морю и вполне разделяли его, мы вместе разработали план, каким образом отказаться от поездки в Оахаку, никого не обижая и выдвигая правильные и разумные обоснования.

Веракрус. Форт Улуа

Так был выполнен еще один наш совместный проект, и поездка в Веракрус втроем была веселой, во всех отношениях удачной и весьма познавательной - Лусино видел Веракрус будучи ребенком, и нам с Монсе было интересно слушать его детские впечатления и сравнивать их с тем, что мы в действительности там увидели. Мне всегда было легко со своими друзьями - мы втроем открыто покуривали в машине, ни от кого не таясь, хохотали и рассказывали друг другу анекдоты - ну совсем как школьники на прогулке. Уж я-то знаю, как строго и чинно ведут себя мои друзья в семейном кругу - ни-ни, какое там курево и громкий хохот - все по правилам, все по линеечке, согласно строгим традициям старинной и многочисленной креольской семьи, где твои тридцать лет ни для кого не являются авторитетом…

Мои друзья. Пуэбла

Но даже когда наш удачный визит в Веракрус окончился, и друзья умчались на своей машине обратно в Пуэблу, посадив меня на ночной автобус, отправляющийся в Тукстлу, - я упорно всматривалась в кромешную тьму по обочинам дороги - чтобы увидеть знакомые места и знакомые названия. А уж когда в три часа ночи автобус въехал на легко узнаваемые улицы Тукстлы, я готова была расплакаться от радости, и давала себе обещания, что уж больше никогда… чтоб я еще… за пределы…

Вот и сейчас мы ехали по дороге на Паленке и пейзаж по краям дороги даже в темноте был узнаваем - начинался район Лакандонской сельвы. Мы уже давно починили проигрыватель, и я вытащила пакет с дисками, чтобы послушать музыку, которую я привезла из России. Мне так и не пришлось прослушать диски перед отъездом, и я наконец-то решила проиграть хотя бы один из них, чтобы узнать какого рода музыку мой сын записал для Карлоса, которого он никогда не видел, но которого ему всегда ставили в пример как образцового студента и талантливого программиста. Проигрыватель проглотил диск, я натянула шерстяную кофту и приготовилась дремать и слушать музыку под шум мотора и теплый ветер, рвущийся в открытое окно.

Мне не удалось первое, но к несчастью, по полной программе удалось второе. Музыка оказалась чудовищной. Ее даже нельзя было назвать музыкой. Я не знала ни названия группы, ни стиля исполнения, но слушать и терпеть это было невозможно. Я ужаснулась, представив, что наш утонченный, тактичный и обладающий хорошим вкусом Карлос все это уже прослушал, и решила вытащить диск обратно. Ничего не вышло - проклятое устройство снова заклинило, и что хуже всего - перестали слушаться кнопки на передней панели. Неимоверно страдая от того, что и мой спутник, который в свое время воспитал хороший музыкальный вкус в своем племяннике, тоже вынужден молча выслушивать этот ужас, и тихо радуясь, что он хотя бы не понимает слов, я оставила в покое проигрыватель и вытерпела двадцать пять дорожек, надеясь, что вот тут-то наконец устройство и заглохнет, дав нам долгожданный отдых. Дороги я уже не замечала - меня полностью поглотила борьба с техникой. Закончив последнюю дорожку, проигрыватель как ни в чем ни бывало весело начал воспроизведение с самой первой. Я искренне желала, чтобы у чиапанеко лопнуло терпение и все устройство просто выдернули из гнезда одной правой рукой.

Этого не произошло, и мы въехали на ночные улицы Паленке под грохот похабной песни про Санта Клауса. Ну попадись только мне, - в бессилии думала я, - уж я тебе покажу… Мы остановились на центральной улице поселка, мотор был заглушен, и проигрыватель наконец-то был вынут из гнезда вместе с заевшим диском. Я пыталась сохранять спокойствие, несмотря на усталость после длинной дороги и часовую пытку звуками. Надо было держаться - еще предстояло закупить продукты для нашего пребывания в сельве.

 

Вернувшись на родину, я учинила разборку ребенку, который по всей видимости, сознательно записал эту отвратительную музыку в подарок Карлосу. Ребенок с возмущением отверг мои инсинуации: - Ты сама просила записать образец современной русской попсы, я и записал - разве я виноват, что у нас вся попса такая! Другую-то музыку я тебе правильно подобрал… А Карлос умный, он сам поймет, что хорошо, а что плохо…

 

 

«« назад

оглавление

дальше »»