МЕСОАМЕРИКА глазами русских первопроходцев

Центральная Америка Андрея Уфимцева

 

Чиапас. Русский взгляд

 

Сообщения о делах в Юкатане от Армины

 

Странные заметки странного человека

 

Рассказы путешественников

 

 

Малые народы Мира. Научно-поплярный проект Андрея Матусовского

 

Южная Америка Андрея Шляхтинского

 

Рассказы путешественников

 

 

 

 

 

Loading

 

 

 

 

Путешествия >

Южная Америка: неправильные вопросы

Андрей Шляхтинский, Наталья Ародзеро

Рискуя услышать скептические усмешки в наш адрес или подвергнуться анафеме со стороны всех без исключения специалистов, позволим себе обратить внимание на следующие, как нам кажется, курьезные совпадения.

Почему, например, в японском языке дождь называют «ама» или «амэ», индейцы гуарани – «амá», а индейцы кокама – «амана»?

Почему в японском языке прилагательное «ама-но» означает «небесный», а горные диалекты языка кечуа в Перу верхний мир, а также небо вообще, знают как «Ханан Пача» или «Анан Пача»? Почему айны, живущие на японских островах, «верхний мир» называют «Канна Мосири» (правда, понимая под этим земной мир)? Почему древние шумеры называли небо словом «ан», аккадцы – «анум» или «ану», а ненцы, народ уральской языковой семьи из европейских и азиатских тундр, зовут «нум»?

Почему народы уральской языковой семьи – те же ненцы, в частности, реку называют «яха», ханты и манси «ёхан/ёган» и «я», финны «йоки», а саамы «йокк»? Индейцы-кечуа – «яку», а тупи-гуарани – «я» (наряду с «парá», «и»)? У ненцев большая река – «ям’», а вода – «и’»?

Почему кечуа называют гору или высокий холм «урку» или «хурку», современные манси – «ур»; шумеры звали «кур», а по-русски – «гора»?

Почему индейцы кечуа, когда замерзают, говорят: «Ачичай!», а оленеводы ненцы: «Чичи!»?

Почему в языках уральской семьи рыбу называют «халя», «кал», «кар» или «хар», а кечуа – «чалюва»; звуки «к» и «ч» имеют тенденцию к замещению, также как «к» и «х»?

Почему волка, традиционно самого опасного хищника у народов Центральной и Северной Евразии, олицетворяющего силу и зло, ненцы называют «сармик»; северные ханты зовут лисицу – родственника волка – «оксар»? У армян «Саркис» в числе прочего почитается как хозяин волков; у чеченцев и ингушей «сармак» – дракон; в греческой мифологии «Цербер» – пес, чудовище, страж подземного мира; народ коми волка называет «звер»? Испанцы зовут лисицу «сорро». В древнеиндийской традиции «суры» и «асуры» противоборствующие божества? А вот индейцы сапаро (собственно сапаро и арабела) ягуара, почитаемого самым кровожадным хищником в Новом Свете, именуют «атсар» и «саре»? Арабела словом «саре» называют и собаку?

Почему в Северо-Западной Амазонии в названиях маленьких речек сплошь и рядом присутствует морфема «-пи/-би», а в селькупском и нганасанском языках, близких ненецкому, «би» и «бы» – это «вода, река»?

Почему в тюркских, некоторых вымерших самодийских и угрских языках Сибири, Центральной Азии и Заполярья слова «каза», «коза», «хаза» – человек, мужчина, одновременно соответствуют современному ненецкому «хасава», хантыйскому «ку» и слову «куса» из языка кечуа в значении «муж» (наряду с «кари»)?

Почему малайское обращение «туан» (господин) перекликается с «туан» («большой» для одушевленных предметов) из языка кокама индейской группы тупи, и «атун/хатун» у кичуа/кечуа?

Почему в Индии змей называют «нага», в Японии – «наги»; индейцы кандоши-шапра, живущие в Перу к северу от Мараньона, змей именуют «мака», а шуар, ачуар и ауахун – «напи». Один из видов ядовитых змей зовется нака-нака, и это название перекочевало в амазонские говоры испанского языка в Перу?

Почему духовыми трубками для охоты в наши дни пользуются племена лишь в двух областях Земли: в джунглях Юго-Восточной Азии и в тропических лесах Южной Америки? Правда, есть сведения, что в древности это оружие знали и в Центральной Америке. В частности, оно было знакомо индейцам киче.

Почему на стелах в городище Тиауанако, расположенном на высоте около четырех тысяч метров над уровнем моря на территории современной Боливии, обнаруживаются изображения змей с ярко выраженным рисунком в виде круглых пятен, который характерен только для анаконды? А ведь этот удав не встречается в высокогорьях, а также на территориях, куда распространялось влияние Тиауанако во все периоды развития этой цивилизации?

Почему «андийскую троицу» – расположенных друг над другом «змею», «пуму» и «кондора», символизирующих Нижний, Средний и Верхний миры в космогонии инков или жаркую Амазонию, Анды и небо, соответственно, – традиционно интерпретируют именно как анаконду, пуму и кондора? При этом, игнорируя тот факт, что все три вида наиболее многочисленны именно в амазонской сельве, за исключением «кондора», которого там заменяет почти столь же крупный и внешне похожий королевский гриф, также называемый индейцами кечуа «кондор»?

Почему огромное количество наименований духов и божеств у народов населявших или населяющих Центрально-азиатский и Переднеазиатский регионы содержат в именах морфему «-ма-» и близкие формы? В дравидийской мифологии в Индии и на Шри-Ланке богини собирательно именуются «амма»? Маньчжуры и корейцы словом «мама» обозначают духов, имеющих женский облик, а у кечуа Анд и Амазонии «мама» также входит в состав имен духов? Например, Пача мама – богиня земли и плодородия у горных кечуа; Яку мама – дух воды, рек, анаконда; Сача мама – дух леса, гигантская змея; Уайра мама – дух ветра и т.д.?

Почему в Индии полнолуние на языке хинди называют «пурнима», а у кичуа есть глагол «пурана», означающий «становиться полной, круглой» и применимый только к луне, и словосочетание «килья пуращка» – полная луна?

Почему в представлениях ученых средневековой Европы была не одна Индия, а, как минимум три, разнесенные по разным местам: от Эфиопии до современной Индии, но все – далеко к востоку или юго-востоку от Европы? Почему в государстве инков Тауантинсуйю, делившемся по четырем сторонам света, восточную, где рождается солнце, – амазонскую сельву, называли Антисуйю? И не является ли «антисуйю» господствовавшей диалектной формой наряду с восстанавливаемой «интисуйю» – «солнечная сторона света» (от «инти/инди» – солнце)? Сегодня диалекты кечуа знают замену гласных «а» на «и». Впрочем, как и «и» на «у» и обратно. Например, «ама» – «не (делай что-либо)» может звучать как «има» в амазонских диалектах, а «училья» (маленький) как «ичилья».

Почему название действующего вулкана Тунгурауа (в огласовке кечуа) или Тунгуруа (в огласовке хибаро) в Экваториальных Андах созвучно с именем полинезийского бога стихии и океана Тангароа, названием другого вулкана – Тонгариро на Северном острове Новой Зеландии, а также с центрально-азиатским «Тенгри» (не персонифицированное мужское начало; небо) и китайским «Тянь» в том же значении?

Почему язык индейцев тупи – собственно тупи – называется «неенгату», один из языков древнего государства чиму – «кингнам», язык индейцев кофан – а’ингаэ, амазонский диалект кечуа в Перу еще со времен Конкисты именуют «инга», а колумбийский диалект – «ингану»? Справедливости ради должен заметить, что в последнем случае велика вероятность образования названия по правилам испанского языка, где прилагательное «ингано» можно перевести как «инкский».

Почему в Полинезии сладкий картофель называют «кумару», тогда как кечуа/кичуа знают его как «кумар», или «кумаль»?

Почему название одного из сказочных существ индейцев мапуче, или арауканов, – «ивунче», созвучно с именем злых духов охотников за головами ачуар и шуар – «ивьянч», или «ивьянчи» (архаическая, выходящая из употребления форма)? И это притом, что первые живут в Чили, а вторые – в Амазонской сельве, за три с половиной тысячи километров к северо-востоку от них?

Почему индейцы тикуна, живущие на Амазонке близ перуано-бразильской границы, называют плетеную сумку «матири», а индейцы аймара из гор Боливии словом «мари» означают сумку, которую носят с собой колдуны и знахари кальяуайя?

Почему индейцы ашенинга из Перу называют луну «Кашири», а живущие в Эквадоре сапаро – «Кашиикуа», хотя даже по прямой их разделяют свыше тысячи километров? И почему у ачуар и шуар с юго-востока Эквадора «каши» означает «ночь», а кофан с северо-востока того же Эквадора и юго-востока Колумбии это время суток называют «куше»; индейцы чайяуита ночь зовут «таши’»; и почему у индейцев кандоши-шапра словом «кашчиири» называется, наоборот, день? Почему у индейцев аймара с высокогорий Боливии луна – «п’ахси», у чиму она называлась «Си», кечуа зовут ее «Килья», или «Кищья», а нганасаны полуострова Таймыр – «Кичеда»?

Почему… почему… почему…

Таких «почему» сотни, если не тысячи. Увы, нам неизвестны ответы на них.